Персона
РЕДАКТОР: Ольга ОСТРОВЕРХ
№ 31(180) Вторник, 21 февраля 2006
Книжный эксперт Константин Родик: «Книга года» - попытка создать «игровые» отношения между покупателем и производителем»
Михаил БРЫНЫХ

Константин Родик знает о книгах почти все. Такие люди должны бы носить на лицах отпечаток таинственной скорби. Ведь одно дело - констатировать факт упадка украинского книжного рынка, и совсем другое - понимать, что в этом культурном механизме сломано и подлежит замене. И хотя в одиночку столь масштабные ремонтные работы не проводят, он постоянно указывает на болевые точки отечественного книгоиздания - то ли своими публикациями, то ли участием в крупнейших книжных событиях, то ли созданием собственной модели книжной игры под названием «Книга года», церемония награждения которой состоится в марте. Эта попытка оценить усилия издателей традиционно вызовет полярные реакции: будут обиженные и благодарные. Но смысл данной рейтинговой акции, как и других инициатив Родика, состоит отнюдь не в том, чтобы отметить «героев проигранной войны», ее задача - выявить победителей завтрашнего дня, в котором украинская книжка наконец-то покинет нишу рыночного аутсайдера. В конце концов, для этого не нужны ни отчаянные жертвы, ни государственные дотации. Достаточно одного - начать игру на своем поле.

- Пять лет назад украинские издатели мечтали о государственной поддержке, требовали льгот и дотаций. Сегодня они обвиняют государство во вмешательстве в книжный бизнес...

- У нас до сих пор существует понимание книгоиздания как ремесла, книгопечатания. Хотя речь идет о культурной индустрии. Как и в любом другом бизнесе, все сводится к моменту продажи. В этом мы ничем не отличаемся от производителей зубной пасты. Главная проблема - как продать? На сегодняшний день только 10% приобретенных за год книг - это продукция украинских издательств. Все остальное привезено из России. Более того, отечественные книготорговые сети практически полностью контролируются российскими предпринимателями. Один из крупнейших игроков на этом рынке - московское издательство «АСТ», которое за год выпускает столько же книг, сколько вся Украина. Данная фирма появилась у нас недавно, года два назад, но за это время она заполнила все ассортиментные ниши, в ее руках оказалась украинская сеть магазинов «Буква». И пока не существует механизма, позволяющего бороться с такой ситуацией. Тем временем рынок для продажи книг отечественного производителя попросту отсутствует. И арифметика здесь уже действует не по Эвклидовому принципу, ведь можно было бы и на 10% работать. Но украинская книга сознательно выталкивается в резервации. Как формируется ассортимент в той же «Букве»? Вот - детективы, вот - женские романы, вот - мемуары, а вот здесь, в уголке, - «украинская книга», вроде это жанр такой. И если таково отношение к отечественной книге у продавцов, то и у покупателей - не лучше.

- Но ведь это не вчера случилось. Все остальные «культурные» рынки испытывают те же проблемы. Лейблы, занимающиеся современной украинской музыкой, тоже поставлены в условия не очень добросовестной конкуренции. Так же, как всевозможные продакшн-студии, работающие в сфере телевидения. Им государство пока тоже не спешит на помощь.

- Ну почему же? Есть постановление Национального совета, согласно которому 50% теле- и радиоэфира должны быть заполнены украинским продуктом. Но здесь еще и специфика товара другая: компакт-диск можно прослушать за час, а осилить книгу за это время нельзя. Чтобы купить диск, вам достаточно ознакомиться с парой треков. А книгу так не покупают. Понятно, что музыку продавать легче.

- Недавно состоялся поход издателей к депутатам под лозунгом: «Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе» (см. «СЕЙЧАС», №25 (174) от 13 февраля 2006 г.). Среди предложений, высказанных во время Форума издателей в Верховной Раде, запомнились инициативы, призванные ограничить присутствие российской книги в Украине.

- Не российской книги, а ее оптовых продавцов. У нас часто апеллируют к Флорентийскому соглашению, в соответствии с которым гарантировано свободное перемещение культурных ценностей. Согласно этому документу, книги могут беспошлинно ввозиться для нужд библиотек. То есть если это два десятка экземпляров. Но когда речь идет о количестве книг, которое измеряется не экземплярами, а тоннами, то при чем здесь Флорентийское соглашение? К тому же эти тонны книг ввозятся в Украину и рефрижераторами, и чемоданчиками (товар на 200 евро можно провозить без уплаты пошлины, но этого вполне хватит, чтобы две недели торговать на Петровке).

- Допустим, наш рынок удалось закрыть для российских оптовиков. В результате образуется пустота, которую отечественные издатели вряд ли смогут заполнить - для этого потребуется время.

- Французы тоже постоянно борются с английским языком, влиянием американской культуры. Издательства же могут печатать книги и на английском, и на французском. Но при продаже книги не на французском языке вступает в действие акциз. Если ты француз, но хочешь читать по-английски - плати дороже. Введение в Украине акциза на продажу книг на русском языке - это один из выходов. Правда, в этом случае возникнет другая проблема: куда пойдут эти деньги? В бюджет или издателям?

- Почему, несмотря на публичную активность издателей, их программы по оптимизации украинского книгоиздания не воплощены в конкретные законопроекты?

- Нет механизма, чтобы превратить пожелания профессионалов в законодательный акт. В Германии ни один закон или поправка к правовому акту, имеющему отношение к книжному бизнесу, не могут быть вынесены на рассмотрение Бундестага, если они не одобрены профильной общественной ассоциацией. Это же касается и любых профильных законов.

- Одна из важных проблем украинских издателей состоит в том, что книжная информация наименее востребована СМИ. Созданная Вами рейтинговая акция «Книга года» - один из немногих механизмов для привлечения общественного внимания к лучшим украинским книгам. Насколько, по Вашим наблюдениям, эта акция оказывает влияние на самих издателей? Воспринимают ли они ее результаты как руководство к действию?

- «Книга года» - попытка создать «игровые» отношения между покупателем и производителем. Книга продается намного лучше, если о ней говорят и спорят. У нас, к сожалению, немногие издатели это понимают. Хотя в той же России, если книга отмечена какой-либо премией или даже попаданием в короткий список, - это увеличивает ее продажи в 4-6 раз. Во всем мире подобная практика существует давно. Но любой механизм хорош тогда, когда им умеют пользоваться.

Справка «СЕЙЧАС»:

Константин Родик родился 14 января 1955 года в городе Душанбе (Таджикистан). Окончил Днепропетровский государственный университет (1973-1978 гг. ), филолог, специальность «Русский язык и литература». С 1979-го по 1986 г. работал в районной газете, с 1989 г. - корреспондент «Комсомольского знамени». С 1989 года - автор и редактор книжных изданий. С 1994-го - советник министра (Министерство Украины по делам прессы и информации). С 1996 г. - главный специалист информационно-аналитического сектора Кабинета министров Украины. Автор телепрограммы «Филобиблок» и телерубрики «Библиоман» в программе «Телемания» (канал «1+1»). В 2000 г. основал газету «Книжник-ревю», а также всеукраинскую рейтинговую акцию «Книга года».


bigmir)net TOP 100